Неточные совпадения
Это он почувствовал при одном виде Игната и лошадей; но когда он надел привезенный ему тулуп,
сел закутавшись
в сани и поехал, раздумывая о предстоящих распоряжениях
в деревне и поглядывая на пристяжную, бывшую верховою, Донскую, надорванную, но лихую лошадь, он совершенно иначе стал понимать то, что с ним случилось.
Марья Гавриловна долго колебалась; множество планов побега было отвергнуто. Наконец она согласилась:
в назначенный день она должна была не ужинать и удалиться
в свою комнату под предлогом головной боли. Девушка ее была
в заговоре; обе они должны были выйти
в сад через заднее крыльцо, за садом найти готовые
сани,
садиться в них и ехать за пять верст от Ненарадова
в село Жадрино, прямо
в церковь, где уж Владимир должен был их ожидать.
— Здравствуй, — сказала она тихо и безрадостно,
в темных глазах ее Клим заметил только усталость. Целуя руку ее, он пытливо взглянул на живот, но фигура Лидии была девически тонка и стройна.
В сани извозчика она
села с Алиной, Самгин, несколько обиженный встречей и растерявшийся, поехал отдельно, нагруженный картонками, озабоченный тем, чтоб не растерять их.
Но уже
в сани укладывали раненого,
садился его товарищ, другой влезал на козлы; извозчик, тыкая
в него кнутовищем, все более жалобно и визгуче взывал...
Я приближался к месту моего назначения. Вокруг меня простирались печальные пустыни, пересеченные холмами и оврагами. Все покрыто было снегом. Солнце
садилось. Кибитка ехала по узкой дороге, или точнее по следу, проложенному крестьянскими
санями. Вдруг ямщик стал посматривать
в сторону и, наконец, сняв шапку, оборотился ко мне и сказал: «Барин, не прикажешь ли воротиться?»
Они уныло стоят
в упряжи, привязанные к пустым
саням или бочке, преграждающей им самовольную отлучку со двора; но едва проезжие начнут
садиться, они навострят уши, ямщики обступят их кругом, по двое держат каждую лошадь, пока ямщик
садится на козлы.
Делалось это под видом сбора на «погорелые места». Погорельцы, настоящие и фальшивые, приходили и приезжали
в Москву семьями. Бабы с ребятишками ездили
в санях собирать подаяние деньгами и барахлом, предъявляя удостоверения с гербовой печатью о том, что предъявители сего едут по сбору пожертвований
в пользу сгоревшей деревни или
села. Некоторые из них покупали особые
сани, с обожженными концами оглоблей, уверяя, что они только
сани и успели вырвать из огня.
Летом
в телегу, а зимой
в сани-розвальни запрягает Петр Кирсаныч немудрого старого мерина, выносит с десяток больших мешков,
садится на них, а за кучера — десятилетний внучек.
Когда я вышел
садиться в повозку
в Козьмодемьянске,
сани были заложены по-русски: тройка
в ряд, одна
в корню, две на пристяжке, коренная
в дуге весело звонила колокольчиком.
Когда было разрешено давать только третий акт «Горя от ума», ему поручили роль князя Тугоуховского,
в которой я его и увидал впервые, до представления «Не
в свои
сани не
садись».
Там я ставил впервые
в Дерпте комедию Островского"Не
в свои
сани не
садись", где играл Бородкина, и этот памятный тамошним старожилам спектакль начался комическими сценами из шекспировского"Сна
в летнюю ночь"
в немецком переводе Тика; а мендельсоновскую музыку исполнял за сценой
в четыре руки сам С.Ф. с одним из бывших"рутенистов", впоследствии известным
в Петербурге врачом, Тицнером.
В первых своих вещах он был более объективным художником, склоняясь и к народническим симпатиям ("Не
в свои
сани не
садись","Бедность не порок"и
в особенности драма"Не так живи, как хочется").
И это было
в «Не
в свои
сани не
садись» больше, чем
в «Ревизоре» и
в «Горе от ума», где, например, Чацкий — Полтавцев казался мне совсем не похожим на того героя, которого мы представляли себе.
Я его видел тогда
в трех ролях: Загорецкого, Хлестакова и Вихорева («Не
в свои
сани не
садись»). Хлестаков выходил у него слишком «умно», как замечал кто-то
в «Москвитянине» того времени. Игра была бойкая, приятная, но без той особой ноты
в создании наивно-пустейшего хлыща, без которой Хлестаков не будет понятен. И этот оттенок впоследствии (спустя с лишком двадцать лет) гораздо более удавался М.П.Садовскому, который долго оставался нашим лучшим Хлестаковым.
И вышло так, что заезжий гимназист, попав на Масленицу
в Москву, мог видеть Щепкина
в трех его «коронных» ролях — городничего, Кочкарева и Фамусова; Садовского
в Подколесине, Осипе и Большове («Не
в свои
сани не
садись»), Сергея Васильева, Шуйского, Степанова, Немчинова, Живокини, Васильеву, Косицкую, Сабурову, Акимову, Львову-Синецкую, Орлову.
Островский только что входил во вкусы публики, да всего одна его комедия и давалась к 1853 году: „Не
в свои
сани не
садись“.
И с Островским как писателем я как следует познакомился только тогда
в Большом театре, где видел
в первый раз «Не
в свои
сани не
садись».
В Нижнем мы добывали те книжки «Москвитянина», где появлялся «Банкрут»; кажется, и читали эту комедию, но она
в нас хорошенько не вошла; мы знали только, что ею зачитывалась вся Москва (а потом и Петербург) и что ее не позволили давать на сцене.
Мать проводила дедушку до околицы; там поставили гроб на
сани, а все провожавшие
сели в повозки.
Через час Женни
села в отцовские
сани. Около нее лежал узелок с бельем, платьем и кое-какой домашней провизией.
— Господь с ними, с этими сильными мира сего! Им говоришь, а они подозревают тебя и думают, что лжешь, того не понимая, что разве легко это говорить! — воскликнул он и, не
сев с Егором Егорычем
в сани, проворно ушел от него.
Когда, наконец, она вышла из храма,
в сопровождении отца Василия, то еще слава богу, что предусмотрительный Сверстов перед тем сбегал
в усадьбу и приехал оттуда на лошади
в санях,
в которые Сусанна Николаевна, совсем утомленная и взволнованная,
села.
Село нас
в сани человек с двенадцать, приготовили, для осторожности, на головы такие мешки с дырьями и ждем у лесочка.
Приехали мы
в село поздно, когда там уж и спать полегли. Остановились, как следует, у овинов, чтоб по деревне слуху не было, и вышли из
саней. Подходим к дому щелкоперовскому, а там и огня нигде нет; начали стучаться, так насилу голос из избы подали.
Он
садится в невысокие
сани с широкими наклестками, чтоб ловко было, прицеливаясь, опереться на них локтем, и бережно закрывает ружье суконным чехлом или просто шинелью, чтоб не заметало его снегом из-под конских копыт.
— А я был очень рад этому… Мне было бы очень неудобно сидеть
в первых рядах… Могло случиться, что мой директор сидел бы сзади меня. Нет, Дуня, лучше не
в свои
сани не
садиться! Когда ты поправишься, я охотно возьму вас обеих
в театр.
А западники разве не кричали: следует научать
в комедии, что суеверие вредно, а Островский колокольным звоном спасает от погибели одного из своих героев; следует вразумлять всех, что истинное благо состоит
в образованности, а Островский
в своей комедии позорит образованного Вихорева перед неучем Бородкиным; ясно, что «Не
в свои
сани не
садись» и «Не так живи, как хочется» — плохие пьесы.
Атаман, на которого все взоры устремлены, ходя около
саней своих и приближаясь к ним как будто для того, чтоб
садиться, и опять отходя, не раз заставляет их ошибаться
в сигнале; наконец он действительно бросается
в санки, дает знак, пускает во всю прыть лошадь свою, и за ним скачет все собравшееся войско.
Елена, вся
в слезах, уже
садилась в повозку; Инсаров заботливо покрывал ее ноги ковром; Шубин, Берсенев, хозяин, его жена, дочка с неизбежным платком на голове, дворник, посторонний мастеровой
в полосатом халате — все стояли у крыльца, как вдруг на двор влетели богатые
сани, запряженные лихим рысаком, и из
саней, стряхивая снег с воротника шинели, выскочил Николай Артемьевич.
Отъезжавшему казалось тепло, жарко от шубы. Он
сел на дно
саней, распахнулся, и ямская взъерошенная тройка потащилась из темной улицы
в улицу мимо каких-то невиданных им домов. Оленину казалось, что только отъезжающие ездят по этим улицам. Кругом было темно, безмолвно, уныло, а
в душе было так полно воспоминаний, любви, сожалений и приятных давивших слез…
— Каковы идиоты?! Вдруг «Не
в свои
сани не
садись»! Это
в день коронации Александра III. Понимаешь, Александра Третьего!
— А ведь верно, что он не
в свои
сани садится?
Бывали с этим колоссом и такие случаи:
в семидесятых годах, во время самарского голода, был
в Москве,
в Немчиновке, поставлен спектакль
в пользу голодающих. Шло «Не
в свои
сани не
садись». Русакова играл Николай Христофорович, а остальных изображал цвет московских любителей:
В. А. Mорозова (Дуню), Н. Л. Очкина, С. А. Кунича, Дм. И. Попов и другие.
Первые трое суток мы ехали на телеге, что было довольно беспокойно; теперь
сели на
сани, и я очень счастлив. Не знаю, как будет далее, а говорят — худа дорога, сделалось очень тепло. Заметь,
в какое время нас отправили, но слава богу, что разделались с Шлиссельбургом, где истинная тюрьма. Впрочем, благодаря вашим попечениям и Плуталову я имел бездну пред другими выгод; собственным опытом убедился, что
в человеческой душе на всякие случаи есть силы, которые только надо уметь сыскать.
Так вот каково положение и развитие двух главных лиц комедии «Не
в свои
сани не
садись».
Таков факт, составляющий сущность комедии «Не
в свои
сани не
садись».
Редко-редко увлечение идеей доводило Островского до натяжки
в представлении характеров или отдельных драматических положений, как, например,
в той сцене
в «Не
в свои
сани не
садись», где Бородкин объявляет желание взять за себя опозоренную дочь Русакова.
Разбирая «Не
в свои
сани не
садись», мы уже достаточно говорили о том, почему Авдотья Максимовна могла увлечься Вихоревым.
И действительно,
в комедиях «Не
в свои
сани не
садись», «Бедность не порок» и «Не так живи, как хочется» — существенно дурные стороны нашего старинного быта обставлены
в действии такими случайностями, которые как будто заставляют не считать их дурными.
Конечно, вольному воля: недавно еще один критик пытался доказать, что основная идея комедии «Не
в свои
сани не
садись» состоит
в том, что безнравственно купчихе лезти замуж за дворянина, а гораздо благонравнее выйти за ровню, по приказу родительскому.
«Не
в свои
сани не
садись» вызвало самые разнообразные суждения об убеждениях Островского.
Таким образом, мы можем повторить наше заключение: комедиею «Не
в свои
сани не
садись» Островский намеренно, или ненамеренно, или даже против воли показал нам, что пока существуют самодурные условия
в самой основе жизни, до тех пор самые добрые и благородные личности ничего хорошего не
в состоянии сделать, до тех пор благосостояние семейства и даже целого общества непрочно и ничем не обеспечено даже от самых пустых случайностей.
Чтобы видеть проявление безответной, забитой натуры
в разных положениях и обстоятельствах, мы проследим теперь последующие за «Своими людьми» комедии Островского из купеческого быта, начавши с комедии «Не
в свои
сани не
садись».
За «Бедную невесту», «Не
в свои
сани не
садись», «Бедность не порок» и «Не так живи, как хочется» Островскому приходилось со всех сторон выслушивать замечания, что он пожертвовал выполнением пьесы для своей основной задачи, и за те же произведения привелось автору слышать советы вроде того, чтобы он не довольствовался рабской подражательностью природе, а постарался расширить свой умственный горизонт.
С этими словами Пирожков
садился первый
в сани.
В санях Тася чуть не прыгала. И чего этот Пирожков путал?.. Славная женщина! Сейчас оценила, приняла участие, так с ней ловко и хорошо! И прилично… Правда, актер
сел с ногами на кушетку… Но они товарищи.
Этот рассказ вспомнил Виктор Павлович и сонный вскочил с постели, оделся с помощью Степана и,
сев на поданные уже к крыльцу
сани, поехал
в Зимний дворец.
Старик, одетый
в новую шубу и кафтан и
в чистых белых шерстяных онучах, взял письмо, уложил его
в кошель и, помолившись богу,
сел на передние
сани и поехал
в город. На задних
санях ехал внук.
В городе старик велел дворнику прочесть себе письмо и внимательно и одобрительно слушал его.
— Теперь, — сказал Волынской,
садясь кучером
в третьи
сани, где поместился рыцарь печального образа, довольно нагруженный вином, и обратясь к нему, — позвольте отвезть вашу светлость к Летнему дворцу.
В семь часов мать моя
села в свою ямскую кибитку, а я с Евсеичем
в извозчичьи
сани, и мы
в одно время съехали со двора: повозка поехала направо к заставе, а я налево
в гимназию; скоро мы свернули с улицы
в переулок, и кибитка исчезла из моих глаз.
Учитель точно уведомил, что не будет, — и
в четыре часа и пять минут я
сел с моим дядькой
в извозчичьи
сани, уже не помня себя от неописанной радости.